Портал создан при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
Копирайт Карта Контакты

8 495 921 2231

СсылкиОбучениеБиблиотекаСеминарыКонсультацииТесты Форум

Регистрация прав

 




 Гражданский кодекс РФ

ГК РФ Часть 1  

Часть 2 ГК РФ ст 454 - 1109

Часть 3 ГК РФ ст 1110-1224

 

Гражданский Кодекс РФ ч.4

ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫЕ ПРАВА

 69 Общие вопросы ст 1225-1254

 70 Авторское право ст 1255-1302

 71 Смежные права ст 1303-1344

 72 Патентное право ст 1345-1407 

 75 Секрет производства ноу-хау

 76 Товарные знаки ст 1473-1541

 77 Единая технология 1542-1551  

 

Поправки и обновленный текст 4-й части ГК РФ второго чтения

Глава 69 Общие положения

Глава 70 Авторское право

Глава 71 Смежные права

Глава 72 Патентное право

 

Антипиратский закон

 

Уголовный кодекс РФ

Извлечение: статьи 146, 147, 180

 Закон О ПОЛИЦИИ

     (извлечения)

 

Кодекс об административных правонарушениях - КоАП (Извлечение)

 

Международные конвенции

Бернская  Всемирная  ДАП  ДИФ

 Промышленная собственность

X

Логин

Пароль


Запомнить меня
Защита контента сайта
Авторские права в мире

Защита сайта - защита правCopyright защита авторских прав

Защита авторских прав в Интернете - получить Копирайт на сайт

Действие законодательстваКомментарий Copyright.ru ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ в 4 части ГК РФПатент в новой упаковке закона

СПРАВОЧНИК

ПерсонажЦитированиеИдея и защита идейПлагиатСоавторКонтрафактКомпиляция, сборник

ИНТЕРЕСНАЯ ИДЕЯ

Предложите свои интересные идеи и они будут реализованы в новых произведениях и изобретениях

БИБЛИОТЕКА ЗАКОНОВ

Интеллектуальная собственность Закон об авторском правеМеждународное право Судебная практика защиты
Аналитика и статьи

Копирайт ТЕСТЫ

Все тесты - on-line в Интернете

Тест - Защита авторских прав

Регистрация авторских прав -  защита прав автора!

Свидетельство авторских прав

Регистрация программ баз данных

Использование товарного знака

Регистрация изобретенияПатентный поверенный

Мнения об авторском праве

2011 Авторское право и Интернет2010 Электронный контент и библиотечные системы - ЭБС

Конференции и семинары

Семинары, конференции, круглые столы, обучение и важные события по интеллектуальной собственности

Базы данных

Базы данных авторов

база патентов и изобретений

База права и лицензии

Консультация юристов

Специалисты практики консультируют по вопросам в сфере авторского, патентного и информационного права

Архив консультаций юриста

Консультация юриста 2015

Актуальные темы

Авторское право и КопирайтТемы в новостях и СМИ

Авторские права - Копирайт

Консультация + регистрация прав всего за 5000 руб - (495) 921-2231

 

]]>
]]>

Право интеллектуальной собственности: цели и средства

]]> ]]>

И.А. Близнец, заместитель Генерального директора Роспатента, доктор юрид. наук, профессор,

К.Б. Леонтьев, канд. юрид. наук, доцент

                                   ОБЩАЯ ТЕОРИЯ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ

                                                                 СТАТЬЯ 8

Отдельные элементы права интеллектуальной собственности (далее – ИС) появились очень давно, поэтому вполне обоснованно можно утверждать, что социальное, культурное и политическое значение произведений искусства и технических достижений признавалось на протяжении всей сознательной истории человечества [1, с. 16-22]. Однако приходится констатировать, что до настоящего времени не сложилось устойчивых, общепризнанных доктринальных положений о таком правовом феномене, как ИС, а также единообразного понимания тех целей, для достижения которых современные государства предоставляют правовую охрану результатам интеллектуальной деятельности.

С одной стороны, сегодня все больше внимания (особенно на международном уровне) уделяется развитию "коммерческой" стороны права ИС. Примером такого исключительно "коммерческого" подхода к данному праву может служить входящее в пакет документов о создании Всемирной торговой организации Соглашение TRIPS, не настаивающее на соблюдении странами-участницами тех положений Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений, которые не имеют непосредственного отношения к решению экономических задач (ст. 6bis Конвенции, посвященной неимущественным, моральным правам авторов).

С другой стороны, наряду с "коммерческой" тенденцией в развитии права ИС все чаще дает о себе знать другая его составляющая, связанная с защитой интересов авторов произведений, изобретателей, артистов-исполнителей и иных творческих деятелей. С момента зарождения отдельных элементов права ИС оно нередко понималось как следствие своеобразного "социального контракта" - договора между обществом и автором, в соответствии с которым общество защищает и вознаграждает автора, гарантируя ему получение особых имущественных и личных неимущественных (моральных) прав на созданные и обнародованные изобретения или произведения искусства.

Для обоснования подобных взглядов чаще всего используются аргументы, основанные на общечеловеческих представлениях о справедливости, но плохо согласующиеся с тесными рамками современных юридических конструкций. Так, в Хартии прав авторов, принятой Международной конфедерацией обществ авторов и композиторов (CISAC) в 1956 г., утверждается: "Творения человеческого разума являются одновременно отражением личности автора и его материальным достоянием. Вследствие этого права автора на его произведения… сродни правам родительским" (цит. по [2, с. 25-26]).

Очевидно, что оба указанных подхода в отрыве друг от друга не в состоянии объяснить такой сложный правовой феномен, как ИС, в частности, те острейшие противоречия, которые существуют между потребностью современного общества в свободном обмене знаниями и установлением правовых ограничений в отношении деятельности по их распространению. Между тем построение адекватного правового регулирования возможно только на основании ясных теоретических представлений о задачах, решению которых должно способствовать воздействие норм права на общественные отношения.

Следует отметить, что с античных времен и до эпохи позднего Средневековья юридическому оформлению "экономической" стороны отношений, связанных с созданием и использованием результатов технического или художественного творчества, не придавалось особого значения, поскольку такие результаты распространялись обычно внерыночными способами, а труд авторов либо оплачивался меценатами, либо рассматривался как обычная, хотя и требующая высокой квалификации работа по найму. К числу важнейших причин такого положения, как неоднократно отмечали исследователи, относился не только низкий культурный уровень субъектов хозяйственной деятельности, но и то обстоятельство, что распространение результатов "духовного производства" осуществлялось крайне медленно [3, с. 28-39]. В то же время моральные права автора широко признавались обществом, плагиат осуждался еще в античную эпоху.

По мере распада существовавшей в европейских городах жесткой цеховой системы и перехода к мануфактурному производству, с изобретением книгопечатания, которое Лютер назвал “вторым избавлением рода человеческого от умственной тьмы”, возникла необходимость оградить интересы владельцев мануфактур и издателей от недобросовестной конкуренции со стороны лиц, не вкладывавших средства в создание новых произведений искусства или освоение новых технических достижений [4, с. 11].

Необходимо было закрепить за заинтересованными лицами особые права, чтобы "никто не собирал урожая там, где ничего не посеял". Наиболее важной была задача четко определить, что принадлежит одному лицу, а что – другому, кто на что имеет право. Решить эту задачу могло только государство, поскольку именно законодательная функция государства позволяет обеспечить развитие нормативно-правовой базы, призванной служить надежной “юридической оболочкой” для соответствующих отношений. Осуществление правового регулирования, установление правил, ориентиров для человеческого поведения, предложение законных способов достижения правомерных целей и дальнейшее подчинение человеческого поведения руководству этих правил, охрана отвечающих их требованиям общественных отношений - основные задачи любого цивилизованного государства. “Закон есть... общее обещание государства”, “где нет норм права, там все должно рассматриваться как бы с подозрением” - считали римские юристы, а философ Джон Локк писал, что “свобода людей, находящихся под властью государства, заключается в том, чтобы иметь постоянное правило для жизни, единое для каждого члена общества и установленное государственной властью, созданной в нем; это - свобода следовать своим собственным желаниям во всех случаях, когда реализация этих желаний не приводит к нарушению закона, и не быть зависимым от непостоянной, неопределенной, неизвестной, самовластной воли другого человека”. Вместе с тем право можно рассматривать как совокупность гарантий, которые предоставляются государством, как “способность обязывать других” согласно определению понятия права, данному когда-то И. Кантом [5, с. 5-8].

Анализ истории развития права ИС свидетельствует о том, что оно в своей основе является юридическим выражением осознания государством важности культуры и прогресса для сохранения и развития общества. Поддержка и защита творчества, охрана результатов интеллектуальной деятельности непосредственно связаны с защитой свободы личности, прав человека. Однако при этом необходимо учитывать двойственную реальность, характерную для авторского права, - не только культурную (духовную), но и экономическую: объективно выраженный результат интеллектуальной деятельности может участвовать в экономическом обороте, становиться товаром, функционировать на рынке. Причем если раньше использование творческих результатов осуществлялось исключительно за счет тиражирования материальных носителей интеллектуальных достижений, то в настоящее время, особенно в связи с развитием цифровых интерактивных сетей и иных телекоммуникационных средств, все чаще "продаются" не отдельные экземпляры материальных носителей информации, а само "право доступа" к ней с возможностью в ряде случаев последующего отбора и копирования.

Для современности характерно не только усиление защиты личных неимущественных (моральных) авторских прав, но и одновременно дальнейшая “коммерциализация” имущественных (экономических) прав. В то же время нельзя забывать, что экономическая сторона права ИС включает также имущественные правомочия, защищающие авторов, изобретателей и других творческих деятелей от экономического диктата партнеров (издателей, продюсеров, работодателей). Большинство современных государств не только осуществляет контроль за соблюдением прав и охраняемых законом интересов авторов и иных правообладателей, но и устанавливает некоторые минимальные стандарты, которых обязаны придерживаться все участники сделок, связанных с использованием объектов ИС, играющие роль определенных социальных гарантий.

Вместе с тем правовые нормы нельзя основывать на “пожеланиях” какой-либо отдельной категории, группы людей. Все решения государства в этой области должны обсуждаться с авторами и иными правообладателями, но при этом не должны приниматься во внимание только их интересы. Любое решение должно учитывать интересы всех сторон, потому что чье-то право - это всегда чья-то обязанность. Право ИС было, есть и всегда будет определенной “суммой компромиссов”, достигнутых в ходе долгого и трудного поиска.

К сожалению, в последние годы при поиске и принятии законодательных решений нередко без какой-либо взаимосвязи, отдельно друг от друга рассматриваются интересы авторов, интересы музыкальных и литературных издателей и иных крупных правообладателей, интересы лиц, использующих результаты творческой деятельности в коммерческих целях, – наиболее влиятельных пользователей. При этом зачастую совершенно забывается необходимость учета интересов третьей и, вероятно, главной стороны "компромисса ИС" – общества и всех его граждан, которые в результате иногда оказываются лишенными законной возможности удобного доступа к необходимой им информации.

Между тем именно "благо общества" - та основная причина, которой всегда теоретически обосновывалась необходимость самого существования права ИС. Так, в ст. 27 Всеобщей декларации прав человека, принятой ООН в 1948 г., указание на необходимость защиты "моральных и материаль­ных интересов, являющихся результатом научных, литературных или ху­дожественных трудов" автора, следует непосредственно после указания на то, что "каждый человек имеет право свободно участвовать в культурной жизни общества, наслаждаться искусством, участвовать в научном про­грессе и пользоваться его благами". На наш взгляд, данные положения взаимосвязаны и не должны рассматриваться в отрыве друг от друга. Предоставление авторам и иным правообладателям определенных прав, т. е. возложение определенных обязанностей на всех членов общества, должно компенсироваться теми преимуществами, которые призвана обеспечивать такая система. Именно выгода, получаемая обществом, - важнейшая причина признания и охраны прав ИС.

Так, например, ст. 8 Конституции США среди полномочий американского Конгресса упоминает задачу "способствовать прогрессу науки и полезных искусств, обеспечивая на ограниченное время авторам и изобретателям исключительное право на их произведения и открытия". Как отмечают многие исследователи, при закреплении свободы слова в качестве базовой демократической ценности Т. Джефферсон и другие авторы американской Конституции рассматривали авторское право как средство достижения "общего блага", ставя на первое место "общественный интерес" – прогресс науки, техники и искусства. При этом предполагалось, что охрана ИС должна приносить пользу обществу и всем его гражданам, а права предоставляются издателям и авторам прежде всего как средство, влияющее на их поведение и способствующее достижению основной задачи. Например, Верховный суд США в деле Fox Film Corp. v. Doyal пришел к следующему выводу: "Единственный интерес Соединенных Штатов и основная причина наделить кого-либо монопольным авторским правом лежит в пользе, получаемой обществом из труда авторов"[1] .

Обеспечивая охрану интересов авторов, изобретателей и иных правообладателей, право ИС создает условия, необходимые для занятия интеллектуальной деятельностью и наиболее широкого использования ее результатов в интересах общества. Разумеется, к таким выводам можно прийти на основе анализа общих тенденций развития современного права ИС, абстрагируясь от первоначального периода, в течение которого основными целями закрепления монопольных прав на технические новшества или культурные достижения в ряде случаев были охрана корпоративных интересов, недопущение конкуренции, а не только борьба с ее недобросовестными проявлениями, усиление цензуры, корпоративного и государственного контроля.

 

Историю законодательства об ИС на протяжении трех последних столетий можно рассматривать как поиск разумного баланса интересов между автором и обществом, ряд попыток “сбалансировать” потребности общества в свободном потоке идей и знаний с заинтересованностью авторов и изобретателей в справедливом вознаграждении за творческий труд [6, с. 59]. Интересы общества рассматривались не только как причина существования права ИС, но и как признанное основание для ограничения предоставляемых правообладателям полномочий. Например, более 150 лет назад американские судьи сформулировали доктрину "допустимого использования", которая позволяет в отдельных случаях осуществлять ограниченное и некоммерческое использование объектов, защищенных авторским правом.

Именно государство призвано поддерживать “неустойчивое равновесие” между правами личности и интересами общества, между тем, что относится к сфере культуры, и тем, что относится к сфере коммерции. Государство может и должно способствовать созданию условий для занятия творческим трудом, интеллектуального расцвета общества. Во всяком случае, именно на такой основе, несмотря на все возникавшие сложности и противоречия, до сих пор происходил перевод на юридический язык социально-политических и экономических требований.

Как отмечается в распространенной ВОИС Всемирной декларации по интеллектуальной собственности от 26 июня 2000 г., ИС была и остается од­ним из основных факторов развития всего че­ловечества, обеспечения научно-технического прогресса и культурного творчества, установления надежных систем идентификации, роста уровня жизни, совершенствования образования, охраны окружающей среды, борьбы с заболеваниями, накопления знаний и обмена ими.

Таким образом, можно утверждать, что предоставление современными государствами правовой охраны результатам интеллектуальной деятельности объясняется прежде всего необходимостью создания благоприятных условий для развития культуры, понимаемой в широком смысле как совокупность всего, что создано человеческим трудом: всех материальных и духовных ценностей, всех достижений в технике, науке, искусстве, промышленности, сельском хозяйстве, организации государственной и общественной жизни и быта, образовании, обычаях и нравах и т. д.

Следовательно, можно выделить основные цели, достижению которых должно способствовать современное право ИС:

1) сохранение культурного наследия;

2) содействие максимально широкому распространению культурных ценностей в обществе;

3) создание условий, способствующих появлению новых результатов творческой деятельности.

Представляет интерес вопрос, насколько современное право ИС и механизмы его реализации соответствуют указанным ЦЕЛЯМ СОХРАНЕНИЯ, РАСПРОСТРАНЕНИЯ И ПОПОЛНЕНИЯ КУЛЬТУРНОГО НАСЛЕДИЯ и какие меры могут быть предложены для обеспечения наибольшего соответствия между целями предоставляемой правовой охраны и реально достигаемыми результатами, в том числе в условиях появления новых технологий, значительно облегчающих копирование и распространение информации.

В предыдущих статьях данного цикла авторы пытались обосновать вывод о том, что понятие исключительных прав в силу своего "негативного" характера (направленности на исключение, устранение всех третьих лиц от использования объектов таких прав) не соответствует сущности имущественных прав ИС, призванных обеспечивать экономический оборот интеллектуальных ценностей, поскольку задачей права ИС никогда не было установление абсолютного запрета на использование культурных ценностей или технических новаций. Задачей права ИС было только разумное обеспечение интересов создателей интеллектуальных ценностей и инвесторов за счет предоставления им комплекса имущественных прав, в отношении которого наиболее приемлем подход, аналогичный принятому в отношении права собственности, обеспечивающего своему обладателю максимальные возможности для эксплуатации объекта с учетом законодательно установленных ограничений.

Как бы парадоксально это ни звучало, но одним из важнейших факторов, предопределяющих эволюцию права ИС в современном мире, является рост числа правонарушений и масштабов реализации контрафактной продукции.

Массовый характер нарушений прав ИС - весьма тревожный симптом назревающих противоречий между экономическими реалиями и правовыми конструкциями, которые пытаются использовать для юридического воздействия на общественные отношения, складывающиеся в связи с созданием и использованием объектов ИС. Причем высокий уровень пиратства характерен не только для развивающихся, но и для развитых стран. Так, по оценкам профессора Л.С. Симкина, даже в странах, где система защиты прав ИС существует на протяжении столетий и где законодательство традиционно ориентируется на достижение высоких стандартов правовой охраны результатов интеллектуальной деятельности, имеет место распространение нелегальных компьютерных программ. Например, в Германии их доля составляет 36%, Великобритании – 34, США – 27% [7, с. 9].

Особенно тревожная ситуация складывается в новых высокотехнологичных сферах. Цифровые технологии позволяют легко делать копии произведений, обеспечивая их абсолютную идентичность оригиналу. Как только объект преобразован в цифровую форму, становится возможным просто и недорого воспроизводить его экземпляры практически без потери качества и распространять их с использованием телекоммуникационных средств.

Доминирование на рынке ИС пиратов делает невозможным развитие легальных индустрий.

По экспертным оценкам, в России производство одного контрафактного компакт-диска обходится примерно в $0,5. При продаже контрафактной продукции распространителям и потребителям в среднем по $3 за единицу (в рублевом эквиваленте) ввезенное из-за границы оборудование для ее производства окупается в течение первого года эксплуатации [8, с. 25]. Высокая доходность пиратской деятельности приводит к тому, что не только гражданско-правовые, но даже уголовные и административные меры оказываются неэффективными, причем одно лишь их дальнейшее ужесточение не способно существенно повысить действенность защиты.

Интересно сравнить некоторые данные об объемах выпуска контрафактной продукции и результатах борьбы с этим явлением [9, с. 8]. В 1999 г. в России было реализовано 33 млн. компакт-дисков, из них 25 млн., по оценкам экспертов, были пиратскими. Из 255 млн. аудиокассет, реализованных в том же году, контрафактными оказались 160 млн., т. е. контрафактная продукция составляла более 60% от общего объема продаж. В то же время за четыре года (1996–1999 гг.) правоохранительными органами России было изъято у нарушителей 2,5 млн. компакт-дисков и 1,3 млн. аудиокассет, т. е. удается конфисковать менее 2,5% выпускаемых ежегодно контрафактных компакт-дисков и менее 0,2% контрафактных аудиокассет.

Разумеется, для защиты прав ИС существует целый арсенал средств, включающих таможенный контроль, оперативно-розыскные мероприятия, проводимые органами внутренних дел, судебные процедуры в рамках гражданского судопроизводства, административные меры, уголовно-правовые санкции и т. д.

В качестве примера решительной и успешной борьбы с нарушениями прав ИС обычно приводят опыт Тайваня, где в результате принятия нового закона об авторском праве были ужесточены санкции за нарушение авторских прав. Так, лицам, не имеющим официально удостоверенных полномочий на распространение аудиовизуальной продукции, запрещено ввозить на Тайвань более одной видеокассеты для личного пользования (за нарушение этого правила предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до двух лет). В результате система охраны прав ИС на Тайване была значительно укреплена всего за три года [10, с. 20-22].

Однако возникает ряд сложных вопросов, в частности, насколько такого рода усиление ответственности приемлемо в условиях России и приведет ли оно к ожидаемым результатам. На наш взгляд, в настоящее время резкое ужесточение уголовных санкций за нарушения прав ИС трудно отнести к числу приоритетных направлений государственной политики. В условиях низкого уровня жизни и большой доходности пиратской деятельности увеличение предусматриваемых Уголовным кодексом РФ сроков лишения свободы не способно само по себе влиять на эффективность осуществления характерных для уголовного права функций частной и общей превенции, т. е. обеспечивать предупреждение преступлений данной категории. Как известно, соблюдение закона обеспечивается не тяжестью наказания, а его неотвратимостью: "Впечатление производит не столько строгость наказания, сколько его неизбежность" (Ч. Беккариа). В то же время фактическое приближение уровня наказаний за нарушения прав ИC к уровню наказаний за насильственные преступления против личности на практике может приводить к еще большей криминализации.

Международный опыт борьбы с нарушениями прав ИС подтверждает, что не существует ни однозначных решений, ни единственно верного пути к успеху в такой борьбе. Многие проблемы правового регулирования данной сферы еще не получили однозначного решения ни в теории, ни на практике. Юристы всех стран активно ищут адекватные правовые конструкции, позволяющие эффективно воздействовать на реальные общественные отношения, связанные с защитой результатов интеллектуальной деятельности при различных видах их использования.

Большие объемы выпуска контрафактной продукции и высокий уровень нелегального использования объектов ИС в цифровых интерактивных сетях, в том числе в Интернете, - основные факторы, предопределяющие негативный характер взаимодействия между пользователями и правообладателями в области новых цифровых технологий.

Чтобы компенсировать свои потери от пиратства, правообладатели увеличивают размер требуемого ими вознаграждения за использование принадлежащих им прав, что повышает цену содержащей объекты ИС продукции для потребителей, а это в свою очередь провоцирует стагнацию легального сектора рынка ИС и способствует росту доходов правонарушителей, которые могут предложить аналогичную, но нелегальную продукцию по гораздо меньшей цене. В результате постоянно повторяется цикл: "рост нарушений – рост цен – застой в развитии легальной индустрии ИС – незаконные действия участников рынка".

Часто правообладатели вообще придерживаются практики тотального запрета использования своих произведений и объектов смежных прав в новых высокотехнологичных сферах, что совершенно не соответствует целям предоставляемых им прав, в том числе препятствует распространению интеллектуальных ценностей. В результате поражает отмечаемый многими исследователями разрыв между обилием потенциально доступных достижений современной культуры, развитием средств массовых коммуникаций, наличием технических возможностей для самого широкого и дешевого распространения творческих достижений, с одной стороны, и отсутствием в ряде случаев юридических возможностей для обеспечения законного доступа к таким достижениям, в частности для легального формирования интересующих потребителей информационных массивов, с другой стороны.

Охрана прав ИС является международно признанным, динамично развивающимся правовым институтом. В нашей стране ему уделяют большое внимание, однако ситуация с соблюдением прав ИС складывается далеко не лучшим образом. Необходимо срочно обеспечить формирование современных механизмов защиты ИС, но при этом развитие правовых методов такой защиты следует обязательно сочетать с одновременным развитием удобных способов реализации прав.

К сожалению, в последние годы основное внимание в сфере ИС было сосредоточено на борьбе с нарушениями прав, а не на развитии правового регулирования и технологического обеспечения, которые способствовали бы расцвету легальных форм широкого использования результатов интеллектуальной деятельности.

Исходя из теории исключительных прав требования пользователей об усилении охраны их прав в связи с ростом числа нарушений выглядят вполне обоснованными, но реальные последствия совершенно не соответствуют тем целям, достижению которых призвано способствовать современное право ИС. Если рассматривать складывающуюся ситуацию с точки зрения изначального предназначения права ИС, то она выглядит достаточно абсурдно, поскольку и автор, и пользователь, и публика, в сущности, заинтересованы в одном и том же. Так, автор создает произведение для того, чтобы его использовали, пользователь (телерадиокомпания, издатель, владелец сайта в сети Интернет и т. д.) в целях получения прямого или косвенного дохода либо иных преимуществ заинтересован в обеспечении доступа к произведению для публики, представители которой в свою очередь хотели бы получить такой доступ как можно более удобным для себя способом.

Таким образом, произведения должны беспрепятственно "продвигаться" по цепочке "автор – пользователь - публика", а в обратном направлении должно поступать вознаграждение для правообладателя. Нельзя забывать, что мы живем в "эпоху массовой культуры". Существуют разные мнения о том, хорошо это или плохо, но несомненно одно: доходы "поставщика культурных ценностей" зависят прежде всего от того, сколько лиц изъявят желание получить доступ к поставляемым им на рынок результатам, "цена" на которые все более унифицируется и зависит в основном от массовости спроса именно на данное художественное творение или техническое решение. Так, цена книги в наибольшей степени зависит от тиража, доходы музыканта – от количества купленных материальных носителей записей его исполнений и т. д.

Следовательно, интересам всех участников рынка ИС больше всего должно соответствовать обеспечение максимально широкого доступа граждан к интеллектуальным ценностям. В связи с этим, на наш взгляд, основные усилия должны быть направлены вовсе не на запрет использования объектов ИС, а на разработку отвечающих современным технологическим условиям схем организации взаимодействия всех субъектов рынка ИС, обеспечивающих каждому его участнику получение того, в чем он заинтересован: потребителям - удобный доступ к интеллектуальным ценностям, пользователям – достаточный коммерческий доход, правообладателям – соразмерное вложенным инвестициям и творческим усилиям вознаграждение.

К сожалению, в последние годы получил развитие совершенно иной подход. В результате принятия мер, направленных преимущественно на запрет использования охраняемых правом ИС объектов, уровень контрафактной продукции не только не снижается, а наоборот, возрастает, поскольку такого рода тотальные запреты препятствуют формированию удобных легальных возможностей доступа к объектам ИС. Борьба с нарушениями требует применения все более жестких санкций, но оказывается все менее эффективной, так как, начиная с некоторого момента, средства, затрачиваемые на борьбу с пиратством, просто не покрываются доходами, полученными за счет продаж легальной продукции. В результате страдают потребители, все граждане общества, уменьшаются возможности для формирования цивилизованного рынка, оказываются нереализованными многие общественно-полезные программы. Например, со значительными трудностями сталкиваются в настоящее время организаторы программ дистанционного образования, создатели мультимедийной обучающей продукции и т. д.

Наряду с указанными выше причинами, которые дают о себе знать во всех развитых странах мира, развитие пиратства в России в значительной мере связано с отсутствием систематического контроля со стороны государства за решением данной проблемы. Обрести свойства товара произведения, “идеи” могут лишь при наличии совершенно определенных условий, и прежде всего будучи объектом, защищаемым государством, обществом, правом, любое покушение на который преследуется в соответствии с существующими законодательными нормами. Как только с развитием цивилизации открылись коммерческие возможности для эксплуатации результатов интеллектуальной деятельности, возникла настоятельная потребность в осуществлении государством регулирующей, координирующей, законодательной функций в данной области, в обеспечении внутригосударственной защиты и международно-правовой охраны “интеллектуальных прав”.

Важным аспектом деятельности государства должно стать формирование в обществе уважения к правам ИС, для чего необходимо проводить соответствующую разъяснительную работу. В этом отношении существенную негативную роль играет также получившая широкое распространение в юриспруденции концепция исключительных прав, благодаря которой произошел разрыв между уважением, в той или иной мере испытываемым большинством граждан по отношению к создателям творческих ценностей, и пренебрежением к интересам крупных правообладателей, которые чаще всего настаивают на ужесточении способов защиты своих прав, но которые с точки зрения массового сознания оказываются никак не связанными непосредственно с творческой деятельностью и конкретными создателями интеллектуальных ценностей. Именно концепция ИС могла бы способствовать успешному формированию в массовом сознании представлений о важности охраны прав на результаты творческой деятельности, поскольку каждый член общества владеет собственностью и способен рассуждать исходя из доступных на бытовом уровне аналогий.

При отсутствии ясного представления о правильных отношениях никто не испытывает морального дискомфорта от совершения “поступков, ставших обычаем”, как отмечал Вольтер, и “единственные, кто испытывает по этому поводу угрызения совести, по-видимому, те, чьи преступления открылись” [11]. Сфера ИС, как подчеркивают специалисты, буквально опутана незаконными действиями. Эта проблема связана не только с социальными и экономическими, но и с психологическими причинами, которые во многих случаях помогает успешно преодолевать именно понятие ИС. Часто уже сам по себе факт оценки чего-либо способствует резкому изменению взглядов, установлению социальных ограничений, сдерживающих индивида, заставляющих его делать разумный, законный выбор в силу присущей человеку способности осознавать опасность неблагоприятных последствий своих противозаконных поступков. В этом случае, как уже отмечалось, можно ожидать, что само отклонение от нормы будет служить стимулом для возвращения к норме, стимулом, обеспечивающим реальную надежность действия права.

В течение нескольких столетий сложилось устойчивое понимание того, что создатель интеллектуальной ценности и инвестор, вложивший деньги в ее создание, вправе извлекать выгоду из ее использования и до определенной степени распоряжаться ее судьбой благодаря предоставляемой им совокупности специальных правомочий. Такие правомочия (интеллектуальные права) можно именовать по-разному.

Под влиянием практических потребностей понимания и реализации соответствующей группы правовых норм получил широкое распространение термин "интеллектуальная собственность". Не подлежит сомнению, что речь идет не о терминологических ошибках, а именно о действительной потребности как предпринимательской, так и судебной практики адекватно отразить существование объектов ИС, статус их обладателей в условиях, когда юридической наукой не предложено конструктивного решения этой проблемы. Существуют очевидная потребность экономического оборота, и задача юриспруденции - найти для нее правовые формы выражения путем гибкого реагирования на запросы практики.

Интеллектуальная собственность не может быть “неточным” термином, так как понятия всегда условны, абстрактны. С философской точки зрения теоретическими абстракциями являются все важнейшие понятия экономической теории (например, такие категории, как собственность, стоимость, рынок, капитал, интеллектуальный труд и др.). В еще большей мере это положение применимо к юридическим категориям. Невозможно представить себе науку без абстракций, поскольку любые научные абстракции - в сущности, это понятия некоторой высокой степени обобщения.

К любой теории предъявляется одно главное требование: наилучшей является теория, которая содержит в себе такие принципы, что, не меняя их, можно сделать понятным максимальное число эмпирически наблюдаемых явлений[12, с. 226]. Что же касается “точности”, то, по утверждению известного юриста О. Холмса, “юридические формулы не схожи (и не должны быть схожи) с математически однозначными”. Термин “интеллектуальная собственность” обладает явным удобством для понимания и применения, поскольку назначение права - регулировать общественные отношения, обеспечивать их оптимальность и стабильность. “Сама живучесть термина “интеллектуальная собственность”… лучше, чем что-либо другое, доказывает удачность данного названия той совокупности прав на результаты интеллектуальной деятельности, которая возникает у их создателей и правообладателей” [4, с. 14].

Задача права - регулировать общественные отношения, обеспечивать их оптимальность и стабильность. Понятие ИС по своему смысловому значению удачно характеризует принадлежность и сущность результата интеллектуальной деятельности, обладает явным удобством для понимания и применения, позволяет усиливать предварительное воздействие норм права на общественные отношения, является надежной основой для дальнейшего развития.

В "цифровую эпоху" требуется значительная модернизация законодательства на международном уровне в связи с расширяющимся использованием объектов авторских и смежных прав в новых высокотехнологичных сферах, в том числе в условиях глобальных сетей, постепенным формированием новых категорий охраняемых авторским правом объектов (в частности, развитием индустрии продуктов мультимедиа), введением специальных видов охраны (например, для баз данных вне зависимости от творческого характера труда по их составлению), дальнейшим развитием спутникового и кабельного вещания, электронной доставки документов, "трансграничностью" нарушений авторских прав и т. д.

Необходим крайне взвешенный и осторожный подход при поиске решений возникающих проблем, чтобы не снизить уровень охраны прав ИС и избежать какого-либо обострения в отношениях между странами. Скорейшее решение возникающих проблем имеет важное значение для дальнейшего развития Интернета, электронной торговли, информационных технологий, индустрии авторских прав, всей современной цивилизации. Причем для того, чтобы найденные решения могли эффективно применяться в лишенном границ "мире киберпространства", они должны опираться на согласованную систему национальных и международных правовых норм.

Все более очевидна также необходимость дифференцирования устанавливаемых правовых режимов использования объектов ИС в зависимости не только от видов таких объектов, но и от способов их использования. Так, существуют все основания полностью сохранить достигнутый уровень охраны и налаженные способы реализации прав в отношении традиционных способов использования (например, при публичном исполнении в театрах драматических или музыкально-драматических произведений). Однако имеются также все основания утверждать, что при новых высокотехнологичных способах использования необходимо развивать новые способы реализации прав, обеспечивающие правообладателям получение вознаграждения, но не препятствующие широкому распространению интеллектуальных ценностей и предоставлению удобного и дешевого доступа к ним, ставшего возможным в результате развития современных средств массовых коммуникаций.

Таким образом, наиболее перспективным является подход, направленный на то, чтобы не ослаблять гарантии, но расширять круг прав и возможности их эффективной практической реализации исходя из реальных потребностей и с учетом продолжающегося технологического развития.

Данный подход будет способствовать учету всего многообразия возникающих отношений, заставит уделять особое внимание вопросам взаимодействия различных институтов права ИС, позволит сохранить достигнутые уровни охраны и апробированные многолетней практикой способы реализации прав в отношении традиционных способов использования объектов ИС и одновременно развивать новые эффективные способы реализации прав при новых высокотехнологичных способах использования таких объектов.

Однако нельзя не заметить, что использование концепции исключительных прав в качестве теоретического фундамента при построении современной законодательной базы привело к значительному отклонению реальных последствий, которые имеют место на практике, от тех целей, которым призвано служить право ИС. В результате на практике иногда приходится сталкиваться с тем, что использование прав ИС приобретает в ряде случаев "спекулятивный" характер, совершенно не соответствующий их назначению, а формализованные нормативные требования при этом не столько способствуют нормальной эксплуатации объектов ИС, сколько препятствуют широкому распространению творческих достижений.

Наиболее характерные примеры можно привести на основе анализа существующей ситуации в области нормативного регулирования договоров в сфере ИС. Этот вопрос, несомненно, заслуживает отдельного рассмотрения.

 

ЛИТЕРАТУРА

1. Кейзеров Н. Духовное имущество как комплексная проблема // Общественные науки и современность. - 1992. - № 4.

2. Азбука авторского права / ЮНЕСКО. - М., 1982.

3. Дозорцев В.А. Новая эра в охране исключительных прав (система права и система законодательства) // Право и экономика. - 1995.
№ 15-16.

4. Сергеев А.П. Право интеллектуальной собственности в Российской Федерации. – М., 1996.

5. Близнец И.А., Леонтьев К.Б. Роль государства в области авторского права и смежных прав // Российская юстиция. - 1999. - № 11.
6. Мильгром В. Дело «БЕТАМАКС»: двенадцать лет спустя // ИС. - 1995. № 11-12.

7. Симкин Л.С. Программы для ЭВМ: правовая охрана. - М., 1998.

8. Подшибихин Л., Леонтьев К. Продукты мультимедиа: правовые проблемы и экономические перспективы. – ИС. Авторское право и смежные права. – 2002. - № 9.

9. Защита авторских и смежных прав по законодательству России / Под ред. И.В. Савельевой. - М., 2001.

10. Белов В.В., Виталиев Г.В., Денисов Г.М. Интеллектуальная собственность. Законодательство и практика его применения: Учебное пособие. - М., 1997.

11. Берман Г.Дж. Западная традиция права: эпоха формирования / Пер. с англ. - М., 1994.

12. Мамардашвили М.К. Лекции по античной философии. - М., 1997.

 

 




]]>]]>